Стрекозой скользнул с утеса
Вниз, в воздушный океан,
Безмоторный, бесколесый
Деревянный моноплан.

И поплыл в беззвучном рейсе
В синеоблачном краю,
Опираясь, как на рельсы,
На воздушную струю.

Планерист, облитый ветром,
Мыслью ввысь ведет мосты.
Он следит за альтиметром,
Этим пульсом высоты...

Птица думает, что птица,
И косится на ангар,
Вышине, наверно, снится
Древнегреческий Икар...

Но не быть в плену простора
Птицам родины моей.
Крылья нашего планёра
Не растают от лучей...

Планерист легко и твердо
Сел на землю в тишине.
Знамя нового рекорда
Гордо он вручил стране.

Я к нему шагаю ближе,
Той же гордостью палим,
Снял он шлем: и что я вижу?
Кудри девушки под ним!

Под кудрями щеки рдели
Горячо, под стать заре...
Это было в Коктебеле,
На Клементьевой горе.